А мне
  • Ночью в подворотне

    Как-то вечером иду по улице. Погоды чудесные — минус сорок и ни ветерка, небо звездное, месяц растущий, огромный над нашими развалинами висит.
    Слышу вдруг: «Здрасти, батюшка». Смотрю, девица лет 12–13 у магазина стоит, носом на морозе шмыгает и что-то мне говорит, а я не слышу, потому что уши у шапки опустил. Прислушался.
    Вроде как телефон она потеряла, а его нашел какой-то пьяница и требует пятьсот рублей за возврат. Родители ей денег не дали, а от меня она ждет несомненной помощи в переговорах с этим дяденькой, который должен подойти прямо сейчас вот сюда. Куда деваться… «Давай, — говорю, — ждать твоего дяденьку. А почему, кстати, он пьяница-то?» «Ну, голос у него такой», — отвечает Марианна (мы с ней уже познакомились к этому времени).
    Стоим пять минут, стоим десять… Подходит мужик, на пьяницу особо не похож — коренастый, в фуфайке и малахае. Голос и вправду хриплый, плечи — во какие, на лице шрам во всю щеку и явная готовность к разрешению конфликта любыми средствами. Типичный северянин.
    И говорит он своим северным голосом: «Гоните пятьсот рублей, и телефон — ваш». «Так нету у девочки денег, и родители ей не дают. Что же делать?» «А ничего, — хохочет мужик злодейским таким, театральным смехом. — Счас вот каблуком раздавлю его и пойду». Смотрю, а у Марианны, невзирая на морозы, слезы градом, а на холоде это не полезно для растущего организма.
    «Ладно, мужик, — говорю ему, — отдавай ребенку игрушку и пойдем со мной. У меня с собой денег нет, а в церкви — есть. Я тебе там выпишу пятьсот рублей в качестве благотворительной помощи». Марианна схватила телефон и убежала радостная, а мы зашагали в сторону храма.
    Зашли за угол дома, тут он оглянулся по сторонам и шепчет: «Стой, батя. Я хотел подале отойти, чтобы не при ней». Снимает он рукавицы и произносит торжественно: «Благослови меня, отец. С Рождеством тебя!» Оказалось, Михаилом зовут. Поговорили за жизнь — как он в Карабахе воевал. Обсудили, как можно на Крещение прорубь сделать, если пурги не будет.
    Я его спрашиваю: «А что же ты сразу не отдал телефон-то дитю?» «А мне интересно было, кто за нее подписался, если даже родители отказались помочь. Она же сказала, что сейчас дяденьку одного позовет», — отвечает Михаил и просит помолиться и за его деток. А у него тоже две дочки и сын. Попрощались мы, обнялись и разошлись по своим домам. До Крещения.
                                                                                                                   Игумен Агафангел (Белых)

    353

    Источник: Правсобеседник

Популярные за неделю

Вернуться на главную

Рекомендуем